На встречи с читателями Леонид Владимирский приносил деревянного Буратино, сажал его на колени и беседовал с ребятами. Малыши были уверены, что улыбчивый человек с красивой седой бородой и есть папа Карло из их любимой сказки. Фамильное сходство здесь, несомненно, было — ведь старого шарманщика художник рисовал со своего деда, которого после выхода книжки стали узнавать на улицах. То же узнаваемое лицо у папы Карло, который стоит со шляпой в руках в Киеве около кукольного театра. А прототипом Буратино была пятилетняя дочка Владимирского — к её лицу привязывали верёвочками картонный нос, и она позировала отцу. Потом девочка выросла и стала моделью для Элли из «Волшебника Изумрудного города». Прошли годы, и вот уже художник рисует Буратино с фотографии пятилетнего внука, затем правнука…
Героя «Золотого ключика» изображали многие — Бронислав Малаховский, Аминадав Каневский, Анатолий Кокорин, Герман Огородников, Анатолий Елисеев, Михаил Скобелев, Александр Кошкин. Но для нескольких поколений мальчишек и девчонок существует только один Буратино — нарисованный Леонидом Владимирским, с задорно торчащим острым носом и колпачком в полоску. Между прочим, у Алексея Толстого колпачок Буратино был белым, но, видимо, художник знал кое-что о своём любимом персонаже, чего не понял сам автор.
